(под эгидой ОБСЕ)
Варшава, 28 сентября - 9 октября 2009 г.
Вступительная речь Кнута Воллебека, Высшего Комиссара ОБСЕ по Национальным Меньшинствам (30 сентября 2009 года).
Дамы и господа,
Как известно, в основе моей деятельности лежит идея социальной интеграции при уважении разнообразия в современном мире. За время работы Верховным комиссаром ОБСЕ по делам национальных меньшинств я убедился, что образование является чрезвычайно полезным инструментом в содействии социальной интеграции в многонациональных государствах, и именно поэтому я выбрал эту тему для моего выступления. Образование важно для нас не только потому, что мы приобретаем навыки счета и письма. Традиционно считалось, что основная задача государственного школьного образования заключается в том, чтобы обеспечить каждого основательными базовыми знаниями но, наверное, более важно с социальной точки зрения, то, что образование обеспечивает общество общей платформой и рядом ценностных понятий для жизни в государстве, где проживают разные народы. Это также подразумевает воспитание уважения к разнообразию, и организацию учебной программы с учетом этнического разнообразия в наших обществах. Без них мы не сможем взрастить в человеке настоящее чувство принадлежности к тому или иному обществу.
Воспитание чувства принадлежности в образовании означает уважение родного языка детей. Поддержание и развитие самобытности меньшинств невозможно без образования на родном языке. Это является основным средством сохранения языка и культуры меньшинств. Использование родного языка в образовании напрямую влияет на успеваемость. Метод погружения, когда учебная программа построена исключительно на преподавании государственным языком – верный путь к ученической неуспеваемости. В результате такого подхода, ребенок не будет знать ни родной язык, ни другой язык в достаточной мере, что скажется на его будущем, успешности профессиональной или научной карьеры.
В обязательствах самого ОБСЕ находим поддержку этой точки зрения. В частности, пункт 34 Копенгагенского документа СБСЕ 1990 года предусматривает, что государства-участники будут стремиться гарантировать, чтобы лица, принадлежащие к национальным меньшинствам, вне зависимости от необходимости изучать официальный язык или официальные языки соответствующего государства, имели надлежащие возможности для обучения своему родному языку или на своем родном языке, а также, там где это возможно и необходимо, для его использования в государственных органах в соответствии с применяемым национальным законодательством.
В то же время, знание государственного или официального языка не менее важно. Государственный язык может служить основой для укрепления связи между всеми людьми, независимо от их этнической принадлежности, пропуском к высшему образованию, занятости, и вообще, к действенному участию в общественной жизни.
Поэтому необходимо соблюдать, чтобы меры, направленные на развитие государственного языка были сбалансированы с возможностями национальных меньшинств на обучение на родном языке, его развитие.
Вы заметите, что это легче сказать, чем сделать. Действительно, как же нам находиться между этими Сциллой и Харибдой – необходимостью поддержки государственного языка и сохранения языков меньшинств в многонациональном обществе?
Я не верю, однако, что существует дихотомия между политикой содействия государственным языком и политикой сохранения языков меньшинств. В данном случае имеется в виду образование на двух или нескольких языках. Обучение в таких формах помогает убить двух зайцев: сохранять и развивать самобытность меньшинств и обеспечить надлежащее знание государственного языка. Последнее, в свою очередь, это путь к полноценному и действенному участию в общественной жизни, к работе в столицах, а не только в сельской местности, где преимущественно проживают некоторые сообщества меньшинств. Кроме того, этот тип образования помогает нам привить ряд общих ценностей в нашем многообразном обществе.
Позвольте мне конкретизировать.
Двуязычное или многоязычное образование действительно способствует развитию широких способностей и знаний у детей (богатый словарный запас, знание многозначных слов, лучшее понимание сложных языковых структур, абстрактных понятий) и, что немаловажно, им намного проще изучать другие языки. Но, преимущества двуязычного или многоязычного образования не ограничиваются положительными факторами, успехами в обучении.
Еще в 1937 году, рекомендация 11 Международной конференции по образованию в Женеве подчеркнула, что знание нескольких языков приводит к большему уважению к другим культурам. Данные, собранные в государствах-членах ОБСЕ подтверждает это: преподавание определенных предметов на втором или даже на третьем языке помогает учащимся развивать положительное отношение к различным языкам и культурам, которое остается с человеком и после того, как он оканчивают школу.
Двуязычные или многоязычное образование позволяет человеку выйти за пределы обособляющих идентификаторов. Понимание того, что все мы обладаем разнообразными и схожими особенностями личности способствует полноценному участию всех нас в общественной жизни.
Позвольте мне остановиться на этом более подробно. Обучение на двух или трех языках само по себе не приравнивается к интегрированному обучению. Интегрированное образования кроме прочего означает, что применяемые стандарты одинаковы для всех школ, т.е. в школах национальных меньшинств применяются те же контрольные механизмы, предусмотрено то же количество проверок и их выпускники поступают в вузы на общих основаниях.
Несмотря на известные преимущества интегрированного образования, мы, к сожалению, наблюдаем увеличение сегрегации по этническому признаку в сфере образования во многих государствах-членах ОБСЕ. Эта тенденция особенно вызывает тревогу в тех местах, где применялась интегрированная система образования.
Сегрегация может показаться очень резким словом. Сразу возникает образ Южной Африки во времена апартеида. Когда я использовал этот термин в своем докладе на заседании Постоянного совета в Вене в июне прошлого года, некоторые из присутствующих негативно отреагировали на этот термин. Мне это понятно. Тем не менее, не важно говорим ли мы о сегрегации, отделении или разделении, факт остается фактом – мы видим, что в некоторых странах отходят от интегрированной системы образования и меня это очень беспокоит.
Международное право не запрещает создание раздельных систем образования или отельных учебных заведений по религиозным или языковым причинам. Это право закреплено в законодательстве о правах национальных меньшинств и основывается на принципе свободы выбора, которое имеет решающее значение для развития и поддержки особенностей меньшинств. Есть все основания для организации подобных учреждений. В соответствии с Конвенцией ЮНЕСКО о борьбе с дискриминацией в области образования, посещение такого рода школ является факультативным, в законах и на практике такое образование должно отвечать стандартам, которые соблюдаются в большинстве школ на соответствующем этапе учебного процесса.
Однако часто свобода выбора пренебрегается. Многим политическим дельцам, как тем, кто представляет меньшинства и тем, кто выступает от большинства населения, выгодна сегрегация в образовании по этническому признаку. Благодаря разделению в сфере образования, некоторым лидерам меньшинств становится легче контролировать их общины. Для некоторых же политиков, выдвигаемых большинством населения, сегрегированное обучение – способ оставить национальные меньшинства вне их сферы власти и влияния.
Родителям приходится сталкиваться с отсутствием или ограниченностью альтернативы в выборе школ, мириться с официальной или неофициальной политикой властей или образовательных учреждений, подвергаться давлению со стороны большинства населения или меньшинств. Теоретически, программа в сегрегированных школах может соответствовать официальной национальной учебной программе и отвечает общенациональным стандартам. А на практике выходит совсем наоборот.
Негативные аспекты сегрегации проявляются по-разному. Школы, созданные для меньшинств часто недофинансируются по сравнению с обычными школами. В школах национальных меньшинств материальные условия зачастую гораздо хуже: системы отопления, электричества и канализации не отвечают положенным требованиям, классы переполнены, не хватает учебных материалов. Большой процент неуспевающих учеников. Учителя возлагают гораздо меньше надежд на своих учеников, потому как последние, принято считать, не очень заинтересованы в продолжении обучения. В результате, учителя в школах меньшинств в состоянии предложить своим ученикам гораздо меньше по объему и качеству по сравнению с тем, что получают ученики обычных школ. Это приводит к снижению успеваемости в сегрегированных школах. Кроме того, часто в таких школах уделяется недостаточно внимания изучению государственного языка. В результате выпускники школ не имеют достаточных языковых знаний и навыков. Они вытесняются с рынка труда и единицы пробуют свои силы в получении высшего образования.
Раздельное обучение, в конечном счете, ущемляет права меньшинств и препятствует интеграции при уважении к их разнообразию. Постоянная неуспеваемость и плохие условия в школах национальных меньшинств может подтолкнуть родителей отдавать своих детей в обычные школы. Это может иметь негативное воздействие на будущее меньшинства как отдельной группы и ее положение в обществе.
Раздельное обучение особенно пагубно в приграничных районах, где государство, родственное данному меньшинству всегда на чеку. В таких ситуациях, это меньшинство может начать ассоциировать себя с иностранным государством в большей степени, чем с государством, в котором оно находится. Поэтому в интересах страны проживания меньшинства обеспечить полноценное участие в жизни страны населения из приграничных районов. Интегрированное обучение как раз и является необходимым основанием для этого.
Дамы и господа,
Недостатки раздельного образования можно перечислять и дальше. И все эти обстоятельства говорят о дискриминационном характере такого образования и нарушении международных законов. Но я конечно же не выступаю за закрытие школ национальных меньшинств школы как таковых. Многие из этих учреждений, обеспечивают качественное образование и помогают меньшинствам сохранить свой язык и культуру. В то же время, многие оказываются не способными на это. Низкое качество образования, отсутствие контроля, отличные от других стандарты контроля качества – все это типичные ситуации, с которыми мне приходиться сталкиваться во время моих ознакомительных поездок. В этом заключается суть проблемы.
Я признаю, что всецело интегрированное обучение не всегда возможно, особенно в регионах, где преобладают меньшинства или в районах межнациональных конфликтов. Меньшинства также по религиозным или культурным причинам, могут оставаться сторонниками раздельного образования. И требование отказаться от своих школ может спровоцировать конфликт. Но постепенному внедрению и укоренению многоязычного образования будут способствовать такие меры как тщательные консультации с соответствующими общинами, информирование родителей, экспериментальные многоязычные школы, строгий контроль качества в процессе реформ образования, а также всесторонняя помощь в получении высшего образования.
Именно в этом контексте, необходимо вспомнить, в частности, Гаагские рекомендации о правах национальных меньшинств на образование, одобренной ВКНМ в 1996 году. Рекомендации 5 и 7 требуют от государств создавать условия, предоставляющие возможности организациям, которые представляют соответствующие национальные меньшинства, деятельно участвовать в разработке и осуществлении политики и программ, связанных с образованием для меньшинств. Кроме того, государства должны принять меры, чтобы поощрять родительское участие и возможность выбора в образовательной системе на местном уровне, включая в области образования на языке меньшинств или обучения ему. Как Верховного комиссара, я хотел бы подчеркнуть, особенную важность организации школьных советов, которые могут внести весомый вклад в создание необходимых условий для межнационального согласия между школьниками.
И, учитывая свой опыт посещения таких школ и бесед с учениками, учителями и родителями, я должен сказать, что такие советы не должны создаваться просто для видимости, руководство школы должно к ним прислушиваться, их решения должны обладать весом, а встречи проходить регулярно, не только по торжественным случаям.
Государство, в свою очередь, должно принимать соответствующие меры, чтобы наладить контакты между учениками национальных меньшинств и учениками большинства населения. В этом могут помочь внеклассные мероприятия и обмены между школами для лучшего понимания и воспитания уважения к другим.
Дамы и господа,
Раздельное обучение приводит к фрагментированному обществу. Она создает общество, где каждый живет в своем собственном ограниченном пространстве и редко имеет возможность или, если на то пошло, желание взаимодействовать с другими культурами. В этих обществах, достаточно всего лишь маленькой искры, чтобы разжечь конфликт. Вот почему я так обеспокоен распространением сегрегацией в образовании по этническому признаку.
Правительство, общественные лидеры и мы все должны при каждой возможности акцентировать внимание на важности интегрированного обучения. Именно оно является основанием для построения сплоченного, интегрированного общества.
Двуязычное или многоязычное образование, межкультурные учебные программы, учебники и внеклассная активность, общие стандарты и механизмы контроля для всех школ – лишь некоторые из составляющих для создания интегрированной системы образования. В то же время, мы должны иметь в виду, что политика в области образования должна отражать языковые и культурные потребностей и чаяний национальных меньшинств. Сами системы образования или любые изменения в них должны разрабатываться на основе результатов полноценных и неподдельных консультаций с национальными меньшинствами.
Сегодня уже трудно представить, что не так давно определенные бары, автобусы и пляжи предназначались для отдельных групп людей. По моему мнению, тот факт, что сегодня школы еще делят по этническим признакам является аморальным.
Мы должны сделать так, чтобы школы стали местом встречи людей всех, независимо от происхождения. Это позволит нам построить общее общество, основанное на равенстве, равных возможностях для всех и без какой-либо дискриминации.
Благодарю вас за внимание.
Неофициальный перевод
Правозащитного общественного движенияя «Русскоязычная Украина»
RSS feed Comments
Показать/скрыть комментарии
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|
Для условий Украины ясно и понятно как дважды два: Украина исторически сложилась МНОГОнациональной и ДВУязычной в своей основе. Украина образовалась из УкрССР, где название "украинская" было ПОЛИТИЧЕСКИМ(!!), не из-за того, что здесь проживали исключительно (или в большинстве) украинцы, а по лозунгу Кремля "Дружба народов". И название УкрССР и карту УкрССР не создавали одни украинцы. Новую страну "украина" создал ВЕСЬ НАРОД бывшей УкрССР - все ходили на выборы и референдумы и ПОЭТОМУ большая наглость и агрессия со стороны НАЦИукраинцев кричать: цэ наша земля, цэ вкрайина, всэ повынно буты вкрайинськым, окупанты гэть.... Глупости! Без "оккупантов" не было бы УкрССР и "украины".
По факту создания новой страны, ВСЕ граждане бывшей УкрССР АВТОМАТИЧЕСКИ стали РАВНЫМИ гражданами новой страны. У нас все равны. У нас нет титульных.
Для условий нашей страны ясно и то, что у нас слишком много вкрайинцив-националистив (около 5% от ччисла вкрайинцив). Но, они агрессивные и активные. Они никогда не согласятся на ДВА гос. языка. Это их генетическая особенность. Их надо ПРИНУЖДАТЬ к цивилизованности. Во имя мира ВСЕМ народам.
Чтоб удержать такую страну от раскола, нам нужно принять позицию науки:
1)каждая семья должна иметь право на внутрисемейный НАЦИОНАЛЬНЫЙ язык
2)каждая семья должна иметь право обучать своих детей на своём национальном языке
3)в стране должен быть язык МЕЖнационального общения - как ни крутить , для Украины - это РУССКИЙ язык.
4)все граждане должны иметь возможность изучать иностранные языки по своему выбору.
5)НЕЛЬЗЯ всех подряд заставлять изучать ещё один язык кроме им выбранного в школе.
6)НЕЛЬЗЯ всех граждан принуждать знать ДВА и более языка.
7)Государственными языками в Украине должны быть два языка: мова и русский язык.
Кратко так.