Создание «поместной украинской церкви» – это политический фантом, не имеющий под собой сколько-нибудь реальных оснований. Даже если Виктору Ющенко и удастся «сказку сделать былью», ничего хорошего украинскому государству это не принесёт.
Визит Патриарха Кирилла на Украину придал новый импульс разговорам про «поместную украинскую церковь». Причём не просто про «поместную церковь» как таковую, – как верно заметил Его Святейшество, такая церковь на Украине есть и была всегда в виде Украинской Православной Церкви Московского Патриархата (УПЦ МП), – а про «поместную церковь» в понимании украинских националистов. Для них признаки «поместности» состоят из двух пунктов: неподчинение Москве и полное отсутствие на Украине религиозных организаций, подчиняющихся Москве. Ничего другого в термин «поместность» ими больше не вкладывается. Там даже нет идеи полной независимости от религиозных центров, которые находятся вне территории Украины. Например, многие сторонники так называемой «поместности» совсем не против, чтобы эта самая «поместная церковь» находилась под руководством Константинопольского патриархата или даже Папы Римского. Кого угодно, лишь бы не Московского Патриарха.
При этом подавляющее большинство ратующих за церковную независимость с трудом себе представляют положение внутри украинского православия, иначе бы они понимали всю, с одной стороны, ненужность подобного требования, а с другой стороны – его нереальность.
Почему невозможна «поместность»
Проблема здесь не только в том, что ни один Московский Патриарх, будь он хоть трижды либералом или даже уроженцем Украины, самостоятельно не даст полную автокефалию украинской части своей Церкви. И вопрос здесь не в том, что тому нет никаких канонических обоснований, и не в том, что на территории Украины расположены 30% приходов Московской патриархии, а в том, что тогда Москва признает приоритет светских границ над духовной юрисдикцией.
И тогда нужно будет автоматически признать полную административную независимость белорусской, молдавской, казахской и других православных церквей. А это уже добрая половина приходов Московского патриархата. А там, глядишь, потянутся и сторонники автокефалии в российских автономиях. Ведь если украинцам автокефалию можно, то почему мордве или карелам нельзя?
Кроме этого, такой шаг Московской патриархии не поймут другие канонические поместные церкви. У Сербской православной церкви тоже много проблем с македонскими и черногорскими автокефалами. Которые, естественно, воспрянут духом при получении украинскими православными «поместности».
К тому же практически в каждой православной церкви есть свои раскольники, жаждущие признания. Так что дарование полной автокефалии приведёт к полной раздробленности мирового православия и его ослаблению на фоне иноверческой духовной экспансии на православные земли.
Кто против?
Итак, только под давлением внешних обстоятельств Москва может канонически признать независимость Украинской церкви. А без этого признания подавляющее большинство прихожан УПЦ МП ни в какую «поместную церковь» добровольно не перейдёт, какую бы легитимность ни пыталась придать этой церкви киевская власть.
Ведь из кого состоит православная церковь? Ну, кроме церковного клира (священства), конечно? Из прихожан (активное меньшинство) и тех, кого очень метко назвал «захожанами» дьякон Андрей Кураев.
«Захожане» – это те, кто ходит в церковь два раза в год, на Крещение и на Пасху. Ну, может, ещё как-нибудь заглянет на пять минут – под настроение. В лучшем случае «захожанин» в церкви венчается, крестит и хоронит близких, не вникая ни в суть православного вероучения, ни в тонкости канонического подчинения.
И хотя «захожане» играют определённую финансовую роль в существовании церкви, всё же церковь живёт как полноценный духовный и общественный институт благодаря прихожанам. Тем, кто отстаивает литургию не реже одного раза в две недели. Тем, для кого обычная жизнь нераздельно связана с годовым кругом богослужения. Тем, кто могут не знать, когда в стране День независимости, но точно знают, когда Вербное воскресение или Ильин день. Прихожане – это те, кто наизусть знает утреннее и вечернее молитвенное правило. Именно они, прихожане, являются как финансовым базисом церкви, так и главной силой, приводящей в церковь новых верующих. Одних – личным примером, других – родительским (или родственным) авторитетом.
И вот именно сознательные прихожане в подавляющем большинстве своём не согласны с идеей «поместной церкви». И если власть силовым методом или какими-то неканоническими манипуляциями попытается ввести новую церковную юрисдикцию и переподчинить ей храмы Московской патриархии, начнётся массовый исход прихожан из «поместной церкви». Народ массово уйдёт в новые «катакомбы»: верующие будут справлять религиозные обряды в частных домах, на квартирах, на дачах. Но в официозную церковь не пойдут.
Сложится новая религиозная структура, возникновению которой власти никак не смогут помешать. Только на этот раз уже никто не захочет Киевской митрополии как своеобразной перемычки между православными Украины и Московским патриархатом. На этот раз все захотят непосредственное подчинение Москве. То есть возродить Украинский экзархат. Как это было до 1990 года.
И если украинская власть видит «поместную церковь» как инструмент контроля над всеми православными Украины, то, создав такую церковь, она в реальности потеряет контроль над значительной частью православных верующих.
Ведь УПЦ МП всегда занимала крайне сдержанную позицию относительно многих процессов, происходящих на Украине, примиряя многих верующих с фактом существования независимого украинского государства и сдерживая радикально пророссийские настроения внутри своей паствы. Так что тот факт, что на Украине сейчас царит относительное межконфессиональное спокойствие, – это на 99% заслуга именно УПЦ МП. И никто это спокойствие не сможет гарантировать при реальных попытках создать «поместную церковь».
«Русская рулетка» украинского епископата
Кстати, «поместная церковь», если она и будет создаваться, очень сильно не устроит епископат.
Ведь как видится «поместная церковь» из кабинетов на Банковой? Как автоматическое объединение УПЦ МП, Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата (УПЦ КП) и Украинской Автокефальной Православной Церкви (УАПЦ). Но при этом все как-то забывают, что все эти три конфессии во все сколько-нибудь крупные города страны уже назначили своих епископов. И двое из трёх епископов при «объединении» как минимум вынуждены будут уйти на покой. И вполне естественно, что большинство епископата, причём во всех трёх церквях, перспектива подобной кадровой «русской рулетки» в будущем вряд ли прельщает.
Кроме этого, идея «поместности» вряд ли найдёт сколь-нибудь широкий отзвук в рядах украинского монашества. Про это можно судить по событиям 1992 года, когда Кравчук и бывший Киевский митрополит Филарет (Денисенко) пытались под лозунгами всё той же «единой поместной церкви» создать Киевский патриархат. Тогда именно отрицательная позиция монашества похоронила идею этого самого патриархата как всеукраинской церкви. И с того момента ничего принципиально не изменилось. Как и раньше, монашество предпочитает стоять на страже православных канонов.
Так что если и будет создаваться «поместная церковь» в том варианте, в каком хочет Виктор Ющенко и его окружение, то на присоединение к этой структуре они могут рассчитывать со стороны канонической УПЦ МП только небольшой группы разагитированного приходского духовенства и, может быть, нескольких епископов. Основная же масса прихожан, епископата, монашества и священства на подобную авантюру не согласится.
С кем объединяться?
Дальше. С кем объединяться? Например, УАПЦ как единой иерархической структуры давно уже не существует. Внутри неё действуют три большие группы, друг друга не признающие.
Не менее сложна ситуация и в стане Киевского патриархата, хотя его руководитель Филарет и является главным идеологом «поместности» на Украине. Многие сходятся в мысли, что Киевский патриархат не переживёт своего творца: Филарету уже за 80, а даже приблизительного преемника у него не наблюдается. Поэтому любые постфиларетовские выборы «патриарха» вполне могу вылиться в череду расколов с дальнейшей маргинализацией каждого из осколков.
Кроме этого, вся сила Киевского патриархата сейчас состоит в тесных личных контактах между президентом Ющенко и Филаретом. И кто бы ни пришёл на смену Виктору Андреевичу, он вряд ли простит столь сильную близость «патриарха Киевского» к ныне действующему президенту. Так что у украинских националистических церквей весьма смутные перспективы, не делающие их желанными и равноправными соучастниками создания «поместной церкви».
Зачем?
И не менее животрепещущий вопрос: а зачем? Зачем нужна «поместность»? Те, кто хотел молиться на украинском языке, поминать исключительно украинских архиереев и слушать патриотические проповеди, имеют сейчас все возможности воплотить свои желания в жизнь в рамках существующих на Украине церковных групп УАПЦ и УПЦ КП. Благо, приходы данных конфессий распространены по территории всей Украины, включая Донбасс и Крым.
Так что, возможно, руководству страны стоит немного остыть, перестать влезать в те сферы человеческого бытия, которые не регулируются бюрократическими методами. А лучше думать, как сохранить на Украине принцип свободы совести и создать систему власти, при которой представители всех религиозных конфессий чувствовали бы себя на Украине комфортно.
Алексей Иванов
RSS feed Comments
Показать/скрыть комментарии
calibre de cartier replica